Отбиратель земель русских

енского монастыря слышна басурманская речь. Это гастарбайтеры обустраивают резиденцию нового хозяина нижегородских земель — губернатора Валерия Павлиновича Шанцева, переехавшего сюда прошлой осенью из Москвы. Константину Васильевичу повезло — ярлык давал полную свободу действий, знай только плати выход в Орду. Великий князь мирно подчинил себе часть соседних мордовских земель и заселил их приезжими. На нижегородский фронтир люди стекались охотно: князь разрешил им самостоятельно выбирать, где селиться — по Волге, Оке и Кудьме.

Независимым Нижегородскому княжеству удалось оставаться всего 51 год — сначала его разорили ордынцы, а в 1392 г. “съела” Москва. Так что возможностей у Шанцева теперь куда меньше, чем у далекого предшественника. “Я не почувствовал, что у меня в руках какие-то полномочия, которые позволяли бы развивать область, — рассказывает губернатор . — На любой территории есть три главных вида ресурсов: земля, деньги и градостроительная политика. Но оказалось, что земля — это ресурс не мой, а органов местного самоуправления. Ее распределяют в области 53 человека независимо друг от друга. Каждый на своей территории”. Действительно, центр не дает губернатору почувствовать себя полноценным хозяином — закон о местном самоуправлении и земельная реформа вроде бы призваны рубить амбиции местных князей на корню. Но это только на первый взгляд. Находчивый губернатор нашел способ отобрать землю у муниципалов, и Москва ничего не может с этим сделать. Благодаря щели в федеральном законодательстве Шанцев сосредоточил распределение земельных участков во всех уголках области в своей администрации. И народ, включая обезземеленных мэров и местный бизнес, кажется, покорился.

ВОЛШЕБНАЯ ЗАПЯТАЯ

Делить земли между центром, регионами и муниципалитетами правительство начало в 2001 г., но из-за запутанности процедуры за пять лет поделили всего 0,008% общей площади. Ничейных территорий в стране, по данным Росимущества, осталось больше 99%, а если учитывать участки, наиболее привлекательные для бизнеса, — территории поселений, — не установлено право собственности на 90% земельных участков. По идее, львиную долю этих земель должно было распределять местное самоуправление, но по старым правилам у губернаторов была широкая свобода маневра. “Земельный кодекс говорил, что неразграниченными государственными землями распоряжаются органы местного самоуправления, "если иное не предусмотрено законодательством". А законодательством иное предусматривалось, и довольно часто”, — рассказывает Виталий Можаровский, партнер юридической компании “Пепеляев, Гольцблат и партнеры”. В пробел ринулись региональные законодатели. Например, по словам Можаровского, в Краснодарском крае все земельные вопросы давно забрал себе губернатор, а Московская область, отняв землю у муниципалитетов, не справилась с потоком заявок на землю и разрешила районным властям распоряжаться мелкими участками по принципу “чем ближе к Москве — тем меньше квота”. Например, в Красногорском и Одинцовском районах муниципалитеты распоряжались участками до гектара, а в Ступине и Кашире — уже до трех гектаров.

Шанцев решил не отставать. В декабре прошлого года парламент Нижегородской области передал обладминистрации право распоряжаться всеми землями, которые не успели оформить на себя федеральные или местные власти. Шанцев тоже ввел квоту, правда, совсем смехотворную — 200 м2. Хочешь получить больше двух соток? Иди в областное правительство.

Губернаторская вольница должна была закончиться 1 июля. Новая редакция Земельного кодекса безоговорочно передала все неразграниченные земли муниципальным районам и городам. Исключение сделали только для областных центров. По словам председателя Комитета по собственности Госдумы Виктора Плескачевского, авторы поправок приняли во внимание вечные конфликты губернаторов с мэрами региональных столиц и предоставили субъекту федерации самостоятельно решать, распоряжаться ли ему землей своего административного центра. Но так как в автономных республиках в отличие от областей и краев административные центры — это, с точки зрения права, столицы, то в законе оба понятия перечислили через запятую: “административных центров, столиц субъектов РФ”, рассказывает депутат.

И тут выяснилось, что один-единственный знак препинания способен двигать горы. Нижегородское законодательное собрание бодро признало административными центрами 578 городов, поселков и сел. Так Шанцев воспользовался неопределенностью понятия “административный центр”. “По федеральному закону административный центр — это населенный пункт, который определен с учетом местных традиций и сложившейся социальной инфраструктуры и в котором в соответствии с законом субъекта находится представительный орган соответствующего муниципального образования. Следовательно, что считать административным центром, определяется на региональном уровне”, — делает вывод партнер компании Legas Анна Кожушко.

ДЕНЬГИ В ОКНО

Получить ресурс — это полдела. Нужно еще убедить всех, что ты распорядишься им эффективнее, чем тот, кому он принадлежал раньше.

Местное самоуправление мало разбирается в работе с инвестором, долго копается, дает не те документы и вообще не знает, что ему сказать в нужный момент. Так говорит Шанцев. “А в результате ситуация такая: в Санкт-Петербурге прописались Toyota и Nissan. Они все побывали на нижегородской земле до меня еще, с ними беседовали главы районов, главы местного самоуправления. Они уехали оттуда, значит, им что-то не понравилось, — сердится губернатор. — Почему они пошли в Санкт-Петербург, где никто и никогда ничего не делал в области автомобилестроения, а не в Нижний Новгород?” Значит, делает вывод Шанцев, муниципальные управленцы не удовлетворили запросы инвесторов. “Чтобы завод построить, мне нужно 1,5 мегаватта электроэнергии, говорит бизнесмен главе района, — восстанавливает логику переговоров Шанцев. — Что может на это ответить глава, если он не знает, откуда идет электрон, где генерирующие мощности, где будут магистральные сети? А губернатор это знает”.

Случай с автомобильными инвесторами не самый показательный — оба проекта вел не только губернатор Геннадий Ходырев, но и полпред Сергей Кириенко, который ездил в Японию, и министр экономического развития Герман Греф. Но переход земли под контроль области на руку крупным инвесторам, признает директор Института региональной политики Булат Столяров. Большому бизнесу и так не избежать общения с губернатором, зачем же тогда тратить время и деньги на общение с муниципалами? Тем более что губернатор может предложить участки на выбор в разных районах.

Должен понравиться инвесторам и более удобный механизм оформления земли — система одного окна. Компания только вносит заявку, а всеми согласованиями занимаются власти. “Чиновник с чиновником договорится быстрее, — объясняет Шанцев. — А когда инвестор строит, из него все вымогают. Ему говорят: здесь нет электроэнергии, нужно строить подстанцию. Давай строй, или мы построим, а ты плати. Инвестор боится бюрократии, административных барьеров и коррупции. Мы этой схемой убили все три позиции”.

Местные инвесторы новую систему оценили. “Правила должны быть единые везде. И для нас, предпринимателей, не важно, кто эту землю будет выделять — мэр, губернатор или какой-то специально созданный федеральный орган”, — говорит гендиректор крупнейшей девелоперской компании города “Столица Нижний” Олег Сорокин. На трудность общения с главами муниципальных образований, у каждого из которых свои пожелания, жалуется и москвич Тигран Алексанян, хозяин компании “Плацдарм девелопмент”.

Систему одного окна успел оценить исполнительный директор сети газовых заправок “Реал-Инвест” Николай Сидоров. По его словам, чтобы открыть одну заправку, только на поощрение муниципальных и региональных чиновников раньше уходило $10 000-20 000: “Приходишь к пожарному, а он говорит: "У меня стул тут обломился". Покупаю стул ему. По четыре, по пять раз техусловия согласовывали”. Только на прием к местному главе муниципалитета нужно было попасть от 5 до 10 раз. “В Павлове царек сидит, говорит: "У меня там четыре заправочные станции, на хрен мне газ ваш? Вы у нас заберете клиентуру, зачем это мне нужно? Вообще нет земли здесь". И местный царек решает вопрос за все общество, за население”, — рассказывает Сидоров.

Вместо взяток областные власти предложили фиксированную плату за оказанные услуги — 200 000 руб. для небольшой газозаправочной станции. Но девелопер Сорокин сомневается в том, что одним окном можно решить проблему коррупции. К тому же и обещанные сроки не выдерживаются: вместо положенных двух недель их заявка на областной инвестиционный совет шла больше месяца.

НЕИМУЩИХ — ВОН!

Энтузиазм Сидорова выглядит наигранным. Из 12 заявок, отправленных “Реал-Инвестом” на инвестсовет, одобрены были только две. “Что поделать, если коллегиально решили, что здесь не газовой заправке быть, а торговому комплексу”, — вздыхает Сидоров. Подчиненные Шанцева не скрывают, что местным придется туго — новые условия не для них, а для тех, кто побогаче. “Дай Бог, чтобы пришли крупные иностранные и московские инвесторы”, — говорит замгубернатора Ирина Живихина. От местных, по ее словам, было мало проку: возьмут участок с домом на расселение, смотришь — за четыре года расселили одну квартиру, дескать, не было денег. “И зачем нам такие инвесторы? Четыре года никакую арендную плату не получаем, все стоит, а потом приезжает президент и спрашивает: а что это у вас такое?” — возмущается Живихина. Ей вторит областной министр инвестиционной политики Дмитрий Сватковский: “Люди годами сидят на участке и ждут каких-то мифических инвесторов. Нам такие владельцы не нужны. Будем пересматривать”.

Местному деловому сообществу остается только соглашаться с властями. Президент строительной компании “Нижегородский дом и К°” Вячеслав Растеряев надеется выиграть от прихода в область большого бизнеса, благо у него есть еще завод строительных материалов, всегда можно переориентироваться. “В какой-то степени мои интересы ущемляются, зато в другом месте у меня открывается простор для действий”, — бодрится строитель и депутат городской думы. Простор в другом месте должна обеспечить столичная компания СУ-155, получившая право расселить 300 ветхих домов в Нижнем. Перед этим москвичи учредили компанию “Нижегородкапстрой”, блокирующий пакет в которой получила областная администрация, а бывший гендиректор СУ-155 Валерий Англичанинов возглавил министерство строительства.

Тем временем другой московский инвестор, холдинг “ТПС-Недвижимость”, контролируемый бывшим председателем правления Русского генерального банка Валерием Аксеновым, сражается с нижегородской группой компаний “Электроника” за право построить торгово-развлекательный комплекс в центре Нижнего. “Электроника” получила 3 га у мэрии, но в июне областные власти заявили, что муниципалитет выделил землю с серьезными нарушениями, и пообещали выставить участок на конкурс. Подлежащих пересмотру инвестиционных соглашений, подписанных местными властями, обладминистрация насчитала около 70. Заместитель губернатора Живихина считает, что инвесторы сами виноваты: “На дворе 2006 год, и все выучили фразу "незнание закона не освобождает от ответственности". Сейчас каждый более-менее приличный коммерсант имеет своих юристов. Могли бы полистать законодательство. Но власти не требовали, а коммерсантам не хотелось лишний раз суетиться”.

НЕДОВОЛЬНЫХ НЕТ

Помня уроки 1341 г., руководители муниципалитетов предпочли не ссориться с новым начальником. Оказывается, земля была им только в тягость. Мэр Дзержинска Виктор Портнов один в один повторяет аргументы Шанцева о необходимости “единого подхода при выделении земельных участков”. “Раньше в зависимости от доброй или недоброй воли глав местного самоуправления ситуация в двух соседних районах могла быть совершенно разной”, — самокритичен Портнов. Тем более что районный бюджет все равно ничего не теряет — “налоги платиться будут здесь, доходы от продажи земли тоже идут в муниципальный бюджет”. Другое дело, что, предвидя эту ситуацию заранее, областной парламент принял закон, по которому “лишние” доходы районов-доноров поступают в бюджет области, а затем перераспределяются в виде дотаций.

Единственный оппонент Шанцева, мэр Нижнего Вадим Булавинов, выбросил белый флаг. После разноса, устроенного в июле губернатором, когда тот кричал, что городские власти ничего толком делать не умеют, Булавинов заявил, что разногласий с главой области у него нет. Исполняющий обязанности главы города Владимир Колчин не нашел времени на беседу с и лишь передал через своего пресс-секретаря: “Пока обсуждался законопроект, были возможны комментарии. После того как закон принят — надо его исполнять”.

Для Плескачевского, который называет себя автором федерального закона, так творчески прочитанного Шанцевым, нижегородская история стала полной неожиданностью. “Я не знаю, как он так смог прочитать, — разводит руками Плескачевский. — Там совершенно однозначно идет речь о тех городах и поселениях, которые являются центрами всего субъекта федерации. Никаким своим законом назначить все населенные пункты административными центрами невозможно”. Пыталась противодействовать Шанцеву прокуратура: первый зампрокурора области даже пришел в парламент зачитать письмо, где расшифровывается понятие “административный центр”, но его обругали и отправили восвояси. “Написано же русским языком: “В административных центрах, запятая, столицах субъектов Российской Федерации, — чеканит Шанцев корреспонденту . — Если бы было только в столицах, так бы и написали: "в столицах субъектов Российской Федерации", а у нас административные центры есть в каждом районе. Мы читаем так, как здесь написано”.

Плескачевский пытался объяснить, что губернатор не прав, в ответе на специальный запрос областного парламента. Но депутаты сочли, что Плескачевский не может говорить от лица всей Думы, и решили еще раз спросить — теперь уже спикеров Думы, Совета Федерации и президента. А пока те будут отвечать, Шанцев многое успеет — в областной инвестсовет поступают десятки заявок в неделю.

Источник: http://www.geo-garant.ru